ЭКСКЛЮЗИВ Особенное материнство во время войны: история днепрянки Юлии Огер 

Жительница Днепра Юлия Огер воспитывает двух сыновей, и опыт материнства для нее сочетает как привычные ежедневные хлопоты, так и постоянное внимание к нуждам старшего сына с особенностями развития. В этих реалиях война лишь усиливает тревогу, добавляя новый уровень ответственности за безопасность детей, пишет «Наше місто».

– Младшему сыну сейчас семь лет, а старшему летом будет десять, — говорит Юлия. — У старшего есть заболевание нервной системы. Он начал поздно говорить, и первые годы его жизни — это были постоянные реабилитации, работа над речью. Сейчас он говорит, но учится в инклюзивном классе специализированной школы. 

Юлия особенно четко помнит контраст между ощущением бесконечных ночей и внезапным осознанием, как быстро растут дети. 

— Мне как-то говорили: “И моргнуть не успеешь, а у тебя уже взрослые дети”, — вспоминает Юлия. — Я тогда думала, что это не про меня. Потому что когда я не спала из-за детского плача, казалось, что та ночь бесконечна. А сейчас я смотрю и понимаю — моему старшему ребенку уже почти 10 лет.

Сегодня, уже в реальности войны, она добавляет еще один уровень сложности к этому опыту — постоянное беспокойство за безопасность детей.

— Во время войны воспитывать детей сложнее в разы, — констатирует Юлия. — Потому что когда они в школе, а ты слышишь о тревогах, о взрывах, о «прилетах», ты автоматически думаешь, что это где-то рядом с твоими детьми. А быть мамой особенного ребенка и так — вызов. 

Говоря о восстановлении, Юлия не ищет сложных рецептов или больших перемен — её способ держаться намного проще и в то же время очень знаком многим мамам. 

— Я поняла, что главный ресурс для мамы — это тишина, — говорит Юлия. — Даже несколько минут за чашкой кофе дают возможность перезагрузиться. И если вы видите женщину в кофейне, которая просто сидит и молча смотрит в одну точку — это, вероятно, её 10 минут спокойствия, и она точно счастлива. 

Со временем, говорит Юлия, меняется не только опыт материнства, но и взгляд на собственное детство и на своих родителей. 

– Когда ты сама еще ребенок, очень сложно понять, каково это — быть мамой, — объясняет Юлия. — Нам часто кажется, что родители что-то сделали не так. Но когда ты сама становишься мамой, приходит понимание, что твоя мама делала всё, что могла в тех условиях, которые были.

Вместе с этим пониманием приходит и другое — осознание, что идеальных родителей не существует, и этот опыт повторяется из поколения в поколение.

– Я думаю, что и наши дети, несмотря на все наши усилия, всё время, силы, энергию, которые мы в них вкладываем, всё равно будут видеть наши ошибки, — считает она. — Поэтому я желаю всем мамам терпения. Потому что воспитывать детей сложно, воспитывать детей с особенностями еще сложнее, а в условиях войны — это еще больший вызов. 

Фото Владимира Федорищева и из личного архива героини.

Читайте также: Долгая дорога к слову «мама»: в Днепре заговорил мальчик с задержкой в развитии.

Ранее мы писали: Подростковая беременность — это не приговор: как в Днепре помогают юным мамам.