Важно дожить до весны: эксклюзивное интервью с главным инфекционистом Украины Ольгой Голубовской

Редакция "Наше мiсто"
    -
Эксклюзивное интервью с главным инфекционистом Украины Ольгой Голубовской

Ее рекомендации на вес золота. К ним прислушиваются и врачи, и пациенты. О сложнейших вещах Ольга Голубовская говорит просто и честно. Журналисту «НМ» удалось пообщаться с авторитетным экспертом и задать вопросы, которые волнуют наших читателей.

— Ольга Анатольевна, после пятимесячного затишья заболеваемость Covid-19 стала резко расти. Мы оказались совершенно не готовы ко второй волне?

— Сейчас коронавирусный сезон. В прохладной влажной среде возбудитель чувствует себя как рыба в воде. Это лучшая среда для его распространения, поэтому агрессивность вируса будет увеличиваться. Мы видим сильный рост и в тех странах, где после первой волны чиновники, медики и сами люди сделали выводы. У нас же до сих пор есть масса скептиков, которые отрицают опасность сами и сбивают с толку других. Но если не закрывать школы и вузы, не вводить карантин выходного дня или локдаун, нужно быть готовыми остаться без кислорода и помощи врачей со всеми вытекающими последствиями. Потому что при наплыве больных, который минимум до марта будет только увеличиваться, не хватит никакого ресурса. Даже самых развитых стран. Выход один — снизить количество инфицированных, чтобы уменьшить долю тяжелых случаев. Другого не дано. Чтобы вирус ослаб, нужен год-полтора. Сейчас главная задача – продержаться до весны, дожить до нее с наименьшими потерями. Для этого важно вести просветительскую работу. Нравится нам или нет, нужно принимать те правила игры в экстремальной ситуации, к каким идет весь мир. Ничто не изменилось со средних веков в противодействии подобным вирусам. Только минимизация контактов, средства индивидуальной защиты и разобщение. Но это – не панацея от самой болезни, а уменьшение рисков для каждого человека заразиться большой дозой и получить тяжелую форму заболевания. Потому что это дозозависимый процесс. С другой стороны, это помогает приостановить шквальное распространение вируса в обществе. К сожалению, количество больных растет с каждым днем.

— Насколько точна эта статистика?

— Реальные цифры однозначно больше, чем официальные. И тестируем недостаточно, и сами тесты процентов на тридцать грешат достоверностью.

— В Днепре вы общались с врачами, посещали больницы? Какая ситуация у нас?

— Как и везде по стране, непростая. Но медики для лечения и спасения больных прилагают все свои знания и усилия, а больницы обеспечены необходимым оборудованием и препаратами. Есть резерв для открытия новых отделений. Со своей стороны мы консультируем коллег, подготовили протоколы лечения. Взяли за основу протоколы ВОЗ, где особенно хорошо для реаниматологов расписаны все параметры, и укрепили рекомендациями Китая, Италии, Англии. Я придерживаюсь мнения, что нельзя связывать руки врачам, которые хотят спасти умирающих. Все быстро меняется, как и сам вирус. Есть опыт, публикации, экспертное мнение. И есть тяжелые больные, которые не отвечают на терапию, ограниченную общепринятыми рекомендациями. Наши протоколы и врачи спасли Украину от консервативного мышления людей, особенно чиновников, не понимающих, что в нестандартной ситуации надо принимать нестандартные решения. Я уверена в наших медиках, но страшно за медицинскую систему в целом. Она не рассчитана на количество больных, которых мы можем в ближайшие месяц-полтора получить, если не прервем цепочку заражения.

– Ольга Анатольевна, как профессионал, вы многое видели, знаете, пережили не одну пандемию. Наверное, и тогда было нелегко.

– Любая пандемия – это чрезвычайная опасность, вызов медикам и пациентам. Но сейчас самый страшный период за всю мою профессиональную деятельность. Не только мы, но и несколько поколений врачей до нас с подобным не сталкивались. Никогда. Как врач-инфекционист, я пережила пандемию свиного гриппа, эпидемию беспрецедентной дифтерии, которая вошла во все отчеты Всемирной организации здравоохранения. Думаю, последней подобной бедой был испанский грипп, очень смертоносный. Но коронавирусная болезнь, которая закрыла на ключ весь мир, совершенно другая. И она ставит совсем другие задачи перед системой здравоохранения.

— В чем ее главная опасность?

— Она имеет двухфазное развитие. Первая неделя заболевания бывает скрытой, переносится относительно легко. А потом резко наступает кризис, обусловленный реакцией иммунной системы против собственного организма. И у нас мало средств, для того чтобы это остановить. Поэтому лечение сложное, интуитивное, персонифицированное. За последний месяц течение заболевания заметно ухудшилось, изменился спектр тяжелых пациентов. Их все больше среди людей до 50–60 лет, а пожилые, наоборот, могут спокойно выздороветь. Течение болезни стало более длительным, затягивается температурный, лихорадочный период. Мы выписываем людей из стационара с нормальной температурой, а через пару дней у них начинаются повторные волны лихорадки — под 39 градусов. Огромная проблема – развитие различных тромбозов, поражение сосудов, сгущение крови. Да и само заболевание изнурительное, тяжелое. Страшно, когда люди специально снимают кислородные маски, чтобы умереть. Часто суицидальные мысли связаны не только с длительностью болезни, но и с воздействием вируса на нервную систему. У людей из групп риска вообще непредсказуемое течение заболевания. Они нуждаются во врачебном и лабораторном мониторинге. Вот с таким монстром мы столкнулись.

– Вы сказали, что сложность заболевания зависит от дозы коронавируса, которую человек получил. Что это означает?

– От дозы возбудителя, его агрессивности и реакции иммунитета зависит течение любого инфекционного заболевания. Но при коронавирусе так называемый катастрофический ответ направлен против своего организма. Чем больше вируса в организм попадает, тем агрессивнее иммунная система на него реагирует и тем сильнее она поражает свои органы. Поэтому мы и просим минимизировать вокруг себя количество этого возбудителя, стараться, чтобы его было меньше.

– Ольга Анатольевна, когда будет вакцина и спасет ли она ситуацию?

— Вакцину ждут все, но профессионалы понимают, что таких исследований, как нам хочется, быстро не бывает. Думаю, она появится не раньше 2021 года. Около 50 вакцин разных производителей находятся на конечной стадии клинических исследований. Я — сторонник того, чтобы делали вакцину в Украине, и мы над этим работаем на серьезном уровне. У нас есть умы, ресурс, прекрасный завод иммунобиологических препаратов, производящий вакцины, некоторые по своим характеристикам лучше, чем то, что нам завозится. Надо понимать, что в мире на первых этапах будет огромный дефицит. Потому что заводы имеют определенные мощности, а людей на Земном шаре семь миллиардов.

– Начинается еще и сезон гриппа. Как избежать двойного заражения?

— Надеюсь, тяжелого сезона гриппа не будет. По опыту южного полушария, где был самый мягкий сезон гриппа за всю историю. Вирусы же тоже какое-то противодействие друг другу оказывают. Но учитывая, что мы входим в самый тяжелый сезон коронавирусной болезни, советую привиться от гриппа. Особенно это касается группы риска. Тем, кто сейчас болеет коронавирусной инфекцией, после выздоровления нужно выждать недели две-три и тоже сделать прививку. Потому что у нас больные выходят с большим поражением легких, чем при поступлении. И, естественно, если человек заболеет еще и гриппом, может быть уже более тяжелое течение банальной инфекции.

Беседовала Юлия БАБЕНКО

Поделиться: