По ту сторону фронта: чьими гражданами считают себя жители «ЛНР» и «ДНР»

Евгентий Гольдман
    -

Украинский институт будущего и «Зеркало недели. Украина» решили впервые провести и огласить результаты полноценного исследования общественного мнения на территориях, неподконтрольных Украине. Давайте будем честными и с собой, и с ними. Кого мы хотим интегрировать в себя? Хотят ли оставшиеся по ту сторону фронта вернуться? На каких условиях? Кого винят в произошедшем? Как живут? Что смотрят? Кому молятся, кому доверяют? Как оценивают происходящее в большой Украине? Верят ли в ее перспективы и успех ее президента, — выяснял корреспондент «НМ».

Ответы на эти и многие другие вопросы нам всем помогла получить компания «Нью Имидж Маркетинг Групп». В этом году это уже третье количественное исследование на оккупированных территориях, которое проводят харьковчане. Услугами самоотверженной команды, выезжающей в ДНР и ЛНР для проведения социологического поля, пользуются международные организации и институты не первый год. 

Исследование проводилось с 7 по 31 октября 2019 г. Опрошено 1606 респондентов: 800 — в неподконтрольной части Луганской и 806 — в неподконтрольной части Донецкой областей. Для расчета выборки были использованы официальные статистические данные 2014 г., которые были скорректированы с учетом существующих демографических данных ВПЛ, покинувших неподконтрольные территории. Интервью face-to-face проводились в домохозяйствах респондентов по структурированной анкете. Погрешность результатов не превышает 3,2%.

Прочтите. Это больно. Но это отрезвляет, — пишут авторы исследования.

Чьими гражданами считают себя жители «ЛДНР»

Из 1 606 опрошенных людей в ДНР и ЛНР 53,5% — женщины, 46,5% — мужчины. Это жители Донецка, Макеевки, Иловайска и Енакиево. Луганска, Алчевска, Антрацита и Ровенек. А также еще 29 городов и городков оккупированного Донбасса. Среди них подавляющее количество тех, кто старше 25 лет. И совсем немного, 8,3%, тех кто еще не дорос до этого возраста. Почти половина тех, кто живет за линией разграничения и согласился заполнить анкеты, — люди со средним профессионально-техническим образованием — 45,2%, диплом об окончании вуза имеют 23,3%. Остальные либо не доучились в институтах, «бурсах» (сленговое название сохранившихся в регионе ПТУ) или школах.

45% опрошенных — не работают. В силу возраста и безработицы. По 24% тех, кто занят в государственном секторе либо в частном бизнесе. 5% — нашли себя в общественной сфере. Можно сказать, что подавляющее большинство жителей оккупированных территорий верят в Бога. В их числе 31% тех, кто разбирается со своими ценностями и смыслами, не посещая никакой церкви, и 57% их земляков — венчаются и крестят своих детей в УПЦ Московского патриархата. Они не состоят в партиях — 97%, и дома говорят по-русски — 90%. При этом половина из них — 55,4% — считают себя украинцами. По национальности. И практически столько же — по гражданству.

Итак, 57, 8% жителей ДНР и ЛНР назвали себя гражданами Украины. По-видимому, храня на полочке паспорт с тризубом. 

Однако рядом с ними живут 41,6% тех, кто расстался с Украиной не только в душе, но и — официально. У них на руках паспорта ДНР/ЛНР — 34,8%, и России — 6,8%. Вполне вероятно, что в числе этих людей спрятан процент колеблющихся и прижатых личными обстоятельствами. Мы помним о них. Однако не забываем и о том, что любой документ всегда подтверждает итоговый акт воли. И это плохая новость. 

Но есть и хорошая: более 42% проживающих за линией фронта, никогда не думали о возможности получить российский паспорт. Однако, если сопоставить две действительно обнадеживающие цифры (все еще граждан Украины и тех, кто никогда не думал о российском паспорте) очевидна разница в 14,8%. И это абсолютно реальная группа людей, которые в настоящее время уже рассматривают возможность получения российского паспорта. Дальше — больше. 34,2 % — признали, что хотели бы иметь у себя красную российскую книжку. А у 7,4% — российский паспорт уже в кармане. 

То есть, если суммировать эти сухие цифры, можно понять, почему они должны нас тревожить. 56,4% жителей ДНР/ЛНР — потенциальные граждане государства, в фактическом состоянии войны с которым Украина находится уже пять лет. То есть больше половины жителей оккупированных территорий ориентированы на Россию и уже приняли или собираются принять окончательное волевое официальное решение в пользу страны агрессора.

Дальше — труднее. По данным опроса 80,8% жителей оккупированных территорий никогда не думали о том, чтобы выехать из ДНР/ЛНР. Здесь, безусловно, меткая подача, для сборной «донбассоведов», на сто процентов убежденных в том, что «все, кто хотел, оттуда уже уехали». Однако здесь может быть много «но». Вряд ли, когда стреляли, кто-то не хотел уехать. Хотели. И многие уехали, но потом вернулись. И не только потому, что корни притянули. Скорее потому, что не сильно хорошо приняли. Часть из таких людей, наверное, внутри 19,2% тех, кто задумывался об отъезде. В консервативных же восьмидесяти процентах, возможно, зашиты и привязанность к дому, и пять лет изоляции, и возраст (почти половина опрошенных — пенсионеры), и «телек» с «распятым мальчиком», и прочие результаты пропаганды страны владелицы заветной красной книжки, о чем тоже — в отдельной главе. 

А вот здесь 19,2 процента, думающих о выезде, — колеблются с выбором — куда? Оказывается 11,1% отдают предпочтение России, тогда как Украине — только 5,2%. Но они просто так не поедут. Вторая возможная волна ВПЛ, хоть и достаточно мелкая, однако с четким набором условий. 

Каких? Этот вопрос был открытым. Можно было выбирать несколько опций. Ключевое условие для возможного переезда в Украину — стабильная работа и жилье. Почти 40% — поедут к нам, если найдут здесь стабильную работу и арендуют жилье. Чуть меньше — 31,9%, если смогу жилье приобрести самостоятельно. Что с учетом бедности жителей ДНР/ЛНР (эти цифры тоже разберем ниже), можно счесть за некие несбыточные фантазии. Поэтому можно согласиться с утверждением, что все, у кого были деньги, выехали в первые два года войны. И, надо признать, устроили настоящий бум для застройщиков городов-спутников Киева. 

Еще меньше людей , — 27,7%, искренне признают, что не готовы решать проблему жилья самостоятельно: не могут ни купить, ни арендовать жилье в Украине. А, значит, гипотетически рассчитывают на выделение квадратных метров украинским государством. Показательно, что для тех, кто в случае переезда, решил бы строить свое будущее в России, — приоритеты те же. За исключением, быть может, цифры на двадцать процентов меньшей, когда речь идет о жилье, как отдельном обязательном условии переезда. Не ждут от России этого. Перед чужими поднимать квартирный вопрос не очень удобно. Перед родственниками — вполне. 

Можно сколько угодно рассуждать о том, какие ленивые, а порой, даже наглые «понаехавшие» «донецкие» и «луганские», однако не признать при этом очевидный факт, нельзя: Украина провалила все программы поддержки и абилитации переселенцев, по сути, отказав жителям Донбасса в угле в самую трудную минуту их жизни. И за это — стыдно. 

Тем не менее, за последние двенадцать месяцев 37,7% жителей оккупированных территорий ездили в Украину. Это почти в два раза больше вышеупомянутой цифры о том, сколько людей хотели бы выехать из ДНР/ЛНР. Из них только 2,6% пересекают украинскую границу через Россию. Остальные — через украинские КПП. Кто эти люди? Стоящие в длинных очередях в жару и холод? Стремящиеся попасть туда, где никогда не собираются жить? Те, кто стал источником постоянного дохода для дельцов приграничных городов, наживающихся на откатах за справки из миграционой службы и украинскую регистрацию? Те, кто из последних сил, с больным сердцем, с остатками инсульта на раздолбанных маршрутках едут в Украину? Те, кто так часто нас раздражают… И абсолютно, кстати, понятно, почему. Не жируем ведь тоже…

Действительно, 32,3% опрошенных респондентов составляют пенсионеры, которые остались жить на неподконтрольных территориях и выезжают в Украину оформлять и подтверждать пенсионные выплаты. Остальных людей, периодически выезжающих в Украину — 5,4% — можно представить абсолютно по-разному. Это может быть рабочий (39% респондентов проживающих в ДНР/ЛНР имеют рабочие специальности), дочь которого живет в Борисполе и недавно родила внука. Но он поедет только в том случае, если не успел отметиться в каком-нибудь подразделении общественной охраны порядка ДНР/ЛНР в самое горячее время. Или его старший сын не служит в рядах какой-нибудь местной милиции. Иначе — не видать ему своей внучки, пока дочь сама не привезет. Это может быть предприниматель который едет к сыну в Харьковскую юридическую академию. Но среди пересекающих линию разграничения точно нет чиновника и работающего в госсекторе, а мы помним, что таких среди опрошенных — около 24%. 

Поделиться: