Я обязательно вернусь!

В гибель сына родители не поверили и когда увидели его тело на видео сепаратистов в Интернете, и когда получили результаты ДНК-экспертизы с солдатской могилы Краснопольского кладбища…

Они до сих пор надеются, что откроется дверь и их жизнерадостный Женька озарит дом своей неотразимой улыбкой…

Служить в десанте Евгений Сердюков хотел всегда. Поэтому увлекался борьбой, карате. Судьба распорядилась так, что в 25-ю днепропетровскую воздушнодесантную бригаду он попал лишь с началом боевых действий на Донбассе. И остался в строю навечно. Боевые побратимы отдали ему честь минутой молчания у памятника Маргелову на Сичеславской набережной — сюда в голубом берете мечтал прийти наш земляк 2 августа… Именно в этот день журналист «НМ» встретился с матерью и отцом героя, чтобы более подробно рассказать о нем днепрянам. Со дня гибели сына прошло три года, но Татьяна Владимировна и Сергей Васильевич говорят о нем, как о живом.

Украинец с армянской душой

Женя родился 17 ноября 1983 года в армянском поселке Мецамор Октемберянского района и прожил там до шести лет, пока родители не переехали в Днепр, откуда родом мама. Она познакомилась с будущим мужем на атомной станции. Сергей Васильевич приехал туда как молодой специалист из России и задержался на целых семнадцать лет. Язык армянский выучил, культуру, историю. Жене тоже все это нравилось, поэтому старался не отставать от отца. Но из-за нестабильности в стране в начале девяностых семья приняла решение вернуться на родину Татьяны Владимировны, в Украину. Ей нашлась работа в родном городе, а опыт в сфере дозиметрического контроля мужа понадобился на Чернобыльской АЭС. Позже и он в нашем городе на один из заводов устроился.

-Днепропетровская восемьдесят седьмая школа, куда сын пошел в первый класс, стала для него вторым домом, — говорят родители. — Ему очень нравилось учиться, он всегда находил здесь занятия, нередко задерживался допоздна. Любил читать, ходить в библиотеку, всем интересовался. С удовольствием играл в шахматы, занимал первые места на школьных турнирах. Окончил музыкальную школу по классу аккордеона, играл на фортепиано и синтезаторе. Вместе с сестрой Женя пошел на карате, правда, дольше в спортивной секции задержалась Аленка.

Способный и трудолюбивый парень старался в жизни успеть как можно больше. Получил специальности в двух вузах – железнодорожника в ДИИТе и экономическую в ДНУ. Хотел пойти на военную кафедру, но обучение оказалось платным. Тогда и попросился на службу в 25­ю бригаду. Но на комиссии внезапно обнаружили плоскостопие и в военкомате отказали: если с парашютом прыгнет, может без ступни остаться. Только Женя не сдавался, ушел на учебу в «Десну», служил там с 2006-го по 2007 год.

В армянскую общину тоже по зову сердца пришел. В 26 лет в воскресной школе культурного армянского центра начал заново изучать язык страны, где родился. На одной из оставшихся у родителей фотографий он стоит в вышиванке с национальным армянским флагом на плечах.

Чувствовали родственную душу Евгения и члены общины. Отправили ему на границу под Амвросиевку целую машину с едой. На открытой ими мемориальной доске в школе №87 есть короткое слово, которое в переводе означает «Я армянин». А преподаватель Анаида Владимировна из Армении на могилку землю привезла.

«Ваш сын Сердюков»

Так Женя подписывал все письма с фронта. В них он благодарил маму за все бессонные ночи, за любовь, ласку, внимание. А в конце добавлял, что целует всех, даже кота и собаку. Просил сестру Аленку заботиться о родителях, пока будет служить. Успокаивал: отдаст стране долг и обязательно вернется. В одном из последних писем подчеркнул, что его решение идти на фронт – осознанное, что ни о чем не жалеет.

Чтобы родные не волновались, звонить домой старался часто. Последний раз сказал, что несколько дней на связь выйти не сможет, буде очень занят. Вообще многого не рассказывал — берег. Уже гораздо позже отцу стало известно, что сын служил в разведке. Ради защиты страны отложил все свои дела, оставил бизнес. Кроме военной службы, активно занимался помощью армии, покупал инструменты и запчасти для ремонта военной техники.

…До войны Евгений работал заместителем директора одного из частных предприятий. Но руководитель фирмы задолжал ему много денег и не спешил их отдавать. Парень решил уйти из этого бизнеса и создать собственный. Так появилась его частная фирма по ремонту железнодорожного транспорта.

На Донбасс попал 11 марта 2014 года в составе 25­й отдельной воздушнодесантной бригады. Родителям сказал, что пришла повестка. Не признался, что посещал военкомат до ее прихода.

Когда отправлялся на войну, купил себе три комплекта термобелья, разгрузку и прицелы. Чем мог, тем и запасался. Впервые приехал домой через 96 дней службы, похудев на 25 кг.

Десантники уходят в небо

В июле-августе 2014 года шли ожесточенные бои с врагом за Славянск, Ямпель, Карловку, Красногоровку, Старобешево, Пески, Семигорье, Дебальцево, Шахтерск. За эти два месяца погибли шестьдесят днепропетровских десантников, 23 полегли 31 июля под Шахтерском от массированных обстрелов из танков, минометов, «Градов». Среди них — тридцатилетний младший сержант 25-й днепропетровской воздушнодесантной бригады, командир отделения 3-й парашютно-десантной роты Евгений Сердюков.

-Когда Женя последний раз был дома, мы разговаривали до трех часов ночи, — вспоминают родители. – Потом уехал на такси, не прощаясь. Говорят, у десантников есть примета: если хочешь вернуться домой – не прощайся, уйди так, чтобы тебя не заметили. В случае с Женей она сработала с точностью до наоборот.

Еще до войны маме снился один и тот же сон. Будто пожар, и она кого-то спасает. С тех пор ее не покидало предчувствие: что-то должно произойти.

Видела Татьяна Владимировна сон и незадолго до гибели сына — сказал ей, что его ранило в руку. Так оно действительно и было. Еще у него обгорела нога, и волонтеры сказали, был перебит позвоночник.

Родители искали сына с 1 августа 2014-го, когда перестал выходить на связь. В госпитале были, в Гвардейском, в военной прокуратуре, писали в СБУ, Администрацию Президента. В лучшем случае в ответ слышали, что «пропал без вести».

-Затем было страшное видео сепаратистов «Шахтерск, 31 июля, 25-я бригада», на котором наш Женя полураздетый, — еле сдерживает эмоции Сергей Васильевич. – По россканалам трубили, что украинские солдаты плохо экипированы. От этого, мол, и мародерством занимаются. Обидно за ложь, больно.

…Взятый боевиками в плен боец 25­й бригады Вадим Коваленко похоронил Женю и еще шестерых своих товарищей возле местной церкви. Руководитель одной из групп миссии «Эвакуация­200» («Черный тюльпан») Игорь Слюсарь помог вернуть домой в октябре Евгения Сердюкова, его побратимов Алексея Седова, Андрея Болтушенко, Петра Федоряку и еще четырех погибших в бою под Шахтерском десантников. Тогда всех их похоронили на Краснопольском кладбище как временно неопознанных. Результаты ДНК-экспертизы пришли в декабре. Но и тогда Татьяна Владимировна не могла поверить в смерть сына, надеялась, что живой. В заключении ведь было написано, что результат точный на 99,9999%, значит, надежда на 0,0001% еще оставалась. И процедуру опознания тела по фотографиям мать не проходила. Чтобы запомнить сына молодым, красивым. Живым.

Перезахоранивать Евгения родители не стали, прощальную церемонию организовали 7 февраля 2015 года, в годовщину своей свадьбы.

-На могилу к Жене пришли много людей, его три священника отпевали: два из армянской церкви и один из украинской, — говорят они. — Алена купила ящик конфет и печенья и положила на все могилы. Родители некоторых ребят думают, что они живы, а мы же знаем, что они здесь, на Краснопольском кладбище лежат.

Евгения Сердюкова посмертно наградили орденом «За мужество» III степени. Улица Анри Барбюса в Самарском районе, на которой он жил, теперь носит его имя. Настоящим гимном мужеству и героизму тем, кто отдал жизнь во имя Украины, может быть только память. Вместе с ней погибшие герои возвращаются домой.

Поделиться:
Добавить комментарий
Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Читайте также: