В Днепре уже год инвалид АТО не может стать собственником квартиры

О судьбе Владимира Крутолевича можно писать книгу или снимать телесериал. В ней столько всего переплелось: детдомовское детство, воровская юность, множество любовных романов, участие в АТО, страшное ранение, плен, месяцы в госпиталях. И вот жизнь, казалось бы, наладилась. Но нет, ветеран АТО вынужден уже несколько месяцев добиваться приватизации крохотной квартирки, которую ему предоставила городская власть.

Воровская юность

Своих родителей Владимир никогда не видел. Отец бросил беременную мать с двумя детьми. Она умерла во время родов. Тринадцатилетней Ире, девятилетнему Диме и новорожденному Вове была уготована сиротская доля.

Дом малютки в Днепродзержинске, детский дом №1 в Днепропетровске, детский дом «Солнышко» под Никополем, Днепродзержинский интернат — эти места жительства Вове Крутолевичу довелось поменять в детстве. После восьмого класса он поступил в индустриальный техникум, но через три месяца бросил. С разрешения службы по делам несовершеннолетних пошел работать учеником слесаря на Днепропетровский металлургический комбинат.

— Здесь я долго не продержался из-за хулиганского поведения, — вспоминает Владимир. – Наступили лихие девяностые. В магазинах ничего не было, а кушать хотелось. Занимался рэкетом, потом залез в квартиру, взял кое-что по мелочи. Тогда мне, как несовершеннолетнему, дали условный срок.

Семнадцатилетний Владимир влюбился в красивую армянку Лусинэ. Она предложила уехать к ней на родину. Чтобы добыть деньги на проезд, снова обчистил квартиру. В Армении Владимир недолго служил по контракту в армии. В то время как раз шла война в Нагорном Карабахе. Ушел со службы после ранения. Потом попался на воровстве и сел на три с половиной года.

Лусинэ родила Владимиру сына, но ждать из тюрьмы не захотела. Поэтому после освобождения он вернулся в Украину. Какое-то время жил у сестры в Запорожье. Поехал в Днепродзержинск, где попался при попытке обворовать квартиру. В 1997 году Крутолевича посадили на три с половиной года. Срок отбывал в поселке Макорты Софиевского района Днепропетровщины.

— На зоне я работал, — вспоминает Владимир. – Вначале вязал веники, потом плел сетку рабица. Часто работал в ночную смену. Как-то летней ночью вышел покурить, посмотрел на звездное небо и время застыло. Вся моя жизнь прошла перед глазами, словно в киноленте. Я задумался, для чего живу и что меня ждет. Неужели смерть на зэковском кладбище?

Тогда 25-летниий парень решил навсегда завязать с воровским прошлым.

В Иловайском котле потерял глаз и половину лица

После освобождения в 2001 году Владимир пошел работать грузчиком на рынок. Там познакомился с Надеждой, которая была старше его на двадцать лет. Разница в возрасте не помешала влюбленным зарегистрировать брак и обвенчаться. Вместе занимались предпринимательством – продавали конфеты и булочки. Прожили вместе пять лет. Развелись после стычки с Вадимом, сыном жены. Он во время ссоры замахнулся на отчима ножом. А Владимир, который еще в детском доме получил первый юношеский разряд по дзюдо, легко справился с парнем. Надя встала на защиту сына и замахнулась на мужа. Это и поставило точку в их отношениях.

Были еще женщины. До войны Владимир был красавчиком и легко находил ключ к сердцам девушек. Он вспоминает, как шесть лет назад познакомился с Лидой: на вокзале в Верховцево увидел красивую женщину, которая тащила тяжелые сумки. Помог донести их до дома, обменялись телефонами. Потом завязались отношения, поженились. Антон, сын Лиды, вскоре стал называть его папой. Но война разрушила их семейную идиллию.

— Повестка из военкомата пришла в июне 2014 года, когда я работал на Приднепровской железной дороге помощником машиниста, — рассказывает Владимир Крутолевич. – Мог не идти в армию по состоянию здоровья. В детстве я часто болел бронхитом, лежал в больницах, но не долечивался, сбегал. Так и заработал хронический бронхит. В тюрьме перенес на ногах туберкулез. Но узнал об этом только во время медицинского обследования на железной дороге. В военкомате я скрыл, что состою на учете у фтизиатра. Хотел защищать Родину и свою семью.

 

Владимир Крутолевич был зачислен в 42-й мотострелковый батальон 3-го Кировоградского полка с местом дислокации в Краматорске. «Мы подвозили на позиции боеприпасы и продовольствие, конвоировали грузы, рыли окопы, — рассказывает он. – 27 августа должны были отдыхать. Но так получилось, что вне очереди нас отправили сопровождать колонну в сторону Иловайска. У дежурившего подразделения отпало колесо в автомобиле, а у нас была самая лучшая машина, обшитая броней».

Так он попал в Иловайский котел. «Мы бежали по полю, а нас обстреливали из минометов, — рассказывает боец. – Витю Голого, что бежал сзади, убило, а меня контузило осколком. Потом я вновь услышал свист летящего снаряда и подумал: «Вдруг возле нас упадет. А Лешка, считай, ровесник моего сына. Он еще жизни не видел». Я повернулся вправо, где был Леша, крикнул ему лежать и навалился сверху».

Владимир спас жизнь 23-летнему Алексею Кондрашкину, а сам лишился левого глаза и чуть ли не половины лица. У него была буквально изрешечена вся левая половина тела.

 

 

97 дней в плену у боевиков

Троих бойцов забрали в плен террористы бригады «Призрак». Едва живого Крутолевича отправили в реанимацию Алчевской больницы. К тому времени он потерял три литра крови. Во время операции перенес клиническую смерть.

Через две недели всего в бинтах его перевези к другим пленным. Сидели втроем в комнатушке без окон площадью метр на два – в бывшей типографии. Вскоре их осталось двое: Гену Середича пьяные террористы расстреляли ради развлечения. Над Владимиром и Алексеем регулярно издевались – били, стреляли в них резиновыми пулями, которые потом выковыривал хирург. Кормили три раза в неделю, не давали мыться. Перевязки Крутолевичу стали делать только после того, как он настоял на встрече с лидером боевиков Алексеем Мозговым.

Алексея Кондрашкина освободили из плена благодаря усилиям его родных. Владимир остался один. Освободиться ему помог киевский журналист Дмитрий Филимонов. «Он связался с Алексеем Мозговым и спросил, есть ли у него пленные, — рассказывает воин. – Тот сказал, что один остался. Мол, хотите, забирайте. Ему он не нужен. Иначе расстреляет».

1 декабря один из террористов (тот самый, что любил стрелять по пленным резиновыми пулями) сообщил Владимиру об освобождении. И на прощание сказал, что даже зауважал его. Мол, сколько ломали – и не сломали.

Потом почти год он провел в больницах и госпиталях. Врачи диву давались, как он с такими ранениями выжил в плену. На простреленной ноге уже была начальная стадия гангрены. В Киевском военном госпитале ему сделали несколько операций. Хирург из Латвии поставил имплант глаза. Средства собрали волонтеры. Канадские хирурги бесплатно сделали пластическую операцию: поставили искусственную кость и натянули кожу. 15 мая 2015 года Владимир Крутолевич получил вторую группу инвалидности и статус инвалида войны.

Ключи от квартиры ждал пять месяцев

По словам В. Крутолевича, осенью 2015 года, накануне местных выборов, его пригласили в горсовет. Тогда обязанности городского головы исполняла Галина Булавка.

— Сказали, что мне, как инвалиду войны второй группы, положена без очереди квартира, — вспоминает он. — На тот момент я был прописан в общежитии Приднепровской железной дороги. Вместе с сотрудницей горсовета подыскали подходящее жилье. Я всегда мечтал жить в центре, потому и квартиру нашли в начале проспекта «Правды». Общая площадь 31 квадратный метр. На тот момент квартира была приватизирована, поэтому 15 октября ее выкупили за средства городского бюджета.

Правда, получить ключи от квартиры №163 на проспекте Мануйловском, 77 и ордер на нее Крутолевичу довелось через пять месяцев – в марте 2016 года, когда городом уже руководил Борис Филатов. Перед этим ветерану АТО пришлось не раз обивать пороги горсовета.

Вскоре после получения ордера Владимир Крутолевич подал документы на приватизацию в управление жилищного хозяйства горсовета. И столкнулся с проблемой – для того чтобы стать собственником квартиры, нужно доказать, что не воспользовался правом приватизации на территории Украины в период с 1992 года. А для этого – предоставить справки со всех мест регистрации за это время. Как вы могли заметить, куда только судьба не заносила Владимира. Со многими женщинами он жил, не имея прописки. Не было ее и во время отбывания срока наказания – в Армении и Украине. Из-за отсутствия многих необходимых справок Крутолевичу отказали в приватизации. И он обратился за помощью в правозащитную группу «Січ».

Судебная проволочка

Юристы «Січі» согласились помочь инвалиду войны отстоять его право на приватизацию и подготовили иск в суд.

— Управление жилищного хозяйства дважды отказало Владимиру Крутолевичу в приватизации квартиры, — рассказывает Владимир Плетенко, юрист правозащитной группы «Січ». – Они ссылаются на отсутствие всех необходимых справок с мест регистрации о том, что он не воспользовался правом на приватизацию, начиная с 1992 года. Есть периоды, когда он нигде не был зарегистрирован – либо был в местах лишения свободы, либо не был на территории Украины, либо проживал без регистрации.

Юристы запросили справки из мест лишения свободы и заявления свидетелей о том, что Крутолевич проживал по определенным адресам без прописки. Владимир Плетенко считал, что суд примет эти документы как доказательство того, что инвалид АТО не использовал право на приватизацию. К сожалению, их ожидала судебная проволочка.

— Мы перекрыли все сроки, на которые ссылается управление жилищного хозяйства, и обратились в суд, чтобы он обязал их приватизировать квартиру, — говорит юрист. – Летом прошлого года подали иск в порядке административного судопроизводства в районный суд Амур-Нижнеднепровского района Днепра. Однако из суда ответили, что нужно подавать гражданско-правовой иск. Когда мы подали такой иск, нам ответили с точностью до наоборот. Есть постановление пленума Высшего специализированного суда о том, что споры, связанные с приватизацией коммунального имущества, должны рассматриваться в порядке гражданско-процессуального производства. Но не все суды это знают. Мы подавали четыре иска в суд Амур-Нижнеднепровского района и, не получив результата, обратились в Апелляционный суд Днепропетровской области. Он уже обязал суд первой инстанции рассматривать иск в порядке гражданско-правового производства.

4 апреля в 16.30 дело будет рассматриваться Амур-Нижнеднепровским районным судом по сути исковых требований.

Управление жилищного хозяйства ссылается на закон

Управление жилищного хозяйства городского совета, с которым судится Владимир Крутолевич, ссылается на закон. Представители городской власти рассказывают о том, что помогали инвалиду АТО в решении квартирного вопроса. Чтобы выдать ему ордер на квартиру, даже специально собирали исполком городского совета – первый после избрания Бориса Филатова на пост мэра.

— Исполком принял решение о выдаче Крутолевичу ордера на квартиру, — рассказывает Александр Санжара, заместитель городского головы. – Вскоре он вновь пришел в горсовет и сказал, что квартира убитая, нужен ремонт. Мы выписали ему помощь из депутатских денег. Дмитрий Погребов, в ту пору первый заместитель городского головы, выделил свои личные средства. Потом Владимир Крутолевич попросил помочь с решением вопроса по долгам за коммунальные услуги. Я предложил ему дать денег. Однако он сказал: «Я хочу по закону». По закону решить вопрос с коммунальными службами не получилось. Я выписал ему депутатские деньги, и он погасил задолженность по коммуналке.

Приватизировать квартиру городская власть может только при наличии всех необходимых справок либо же ссылаясь на решение суда.

— По закону Владимир Крутолевич должен подтвердить, что он не использовал право приватизации, — поясняет Александр Санжара. – Нужно предоставить справки со всех мест регистрации после 1992 года. Это предусмотрено приказом №396 Министерства по вопросам жилищно-коммунального хозяйства от 16 декабря 2009 года.

По словам Наталии Валики, начальника отдела приватизации управления жилищно-коммунального хозяйства горсовета, Владимир Крутолевич до сего времени не предоставил справки за периоды: с октября 1996-го по май 1998 года, с августа 2001-го по январь 2002 года, с мая 2004-го по январь 2010 года.

— Если он не может документально подтвердить, где был зарегистрирован в указанные промежутки времени, законом предусмотрена другая процедура – установление факта проживания в судебном порядке, — говорит Александр Санжара. – Если он проживет в этой квартире более десяти лет, то сможет приватизировать ее, воспользовавшись правом приобретательной давности. Мы, конечно, могли бы помочь Крутолевичу собрать справки, но по закону документы выдаются исключительно заявителю. Если человек где-то жил, то только ему выдадут об этом справку, а не горсовету. Согласно Гражданско-процессуальному кодексу установление факта проживания судом производится по заявлению лица, заинтересованного в установлении факта. Так что при всем нашем желании мы за Крутолевича получить не можем ни справки, ни решение суда. А выдать право приватизации без этих документов тоже не можем.

Евроинтеграция на бумаге

Правом приватизации в Украине можно воспользоваться только раз. То есть если человек после 1992 года приватизировал квартиру во Львове, он уже не сможет приватизировать жилье в Днепре.

К сожалению, в нашей стране все сведения о приватизации хранятся только на бумажных носителях. Реестр недвижимости ввели в 2013 году. И до сего времени никто не позаботился о внесении туда данных о приватизации жилья гражданами Украины, начиная с 1992 года. В любой прогрессивной стране проблема, с которой столкнулся Владимир Крутолевич, была бы попросту невозможна. Ведь все сведения о гражданах государства, в том числе о том, какой они владеют недвижимостью, внесены в электронные реестры. И пока мы живем по старинке и заставляем инвалидов войны ходить по судам, все разговоры о евроинтеграции будут оставаться просто красивыми словами. Сколько ни повторяй слово Европа, ближе к ней мы не становимся.

…Президент Петр Порошенко наградил Владимира Крутолевича медалью «Защитник Отечества», министр обороны Степан Полторак — орденом «За заслуги» III степени. По распоряжению городского головы Бориса Филатова ко Дню защитника Отечества ему вручили памятную медаль «Защитник Днепра». Инвалид АТО очень гордится этими наградами и хочет совсем немного – воспользоваться законным правом на приватизацию малюсенькой квартирки. Ведь он так долго боролся за человеческую жизнь и мечтал о своем доме.

Елена Мисник, фото Андрея Батозского.

 

Добавить комментарий
Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Читайте также: